(Продолжение, начано ниже)
Для того, чтобы ответить на этот вопрос, необходимо вернуться к классовому анализу современного российского общества, к которому мы уже обращались в первой главе, говоря о проекте преамбулы. Как мы уже писали выше, деиндустриализация страны и переориентация её на модель сырьевой экономики привела к тому, что подавляющее большинство населения стало «экономически неоправданным». Вследствие этого оно подверглось массовому деклассированию, которое одним полюсом имеет переход бывших советских трудящихся в мелкобуржуазную стихию (торговля, мелкая спекуляция, частная сфера обслуживания), а другим – люмпенизацию и скатывание в нищету. Между этими двумя полюсами распределилось большинство городского трудоспособного населения, особенно молодёжи, для которой понятие «крутиться» заменило понятие «работать». Здесь мы видим бесчисленный «офисный планктон», мелких служащих, торговых посредников, продавцов-консультантов стадами без дела слоняющихся по салонам супермаркетов, частных охранников и мелких чиновников.
Существенной чертой всей этой категории, составляющей сегодня едва ли ни большинство трудоспособной городской молодёжи, является полная непроизводительность деятельности несмотря на трудоустроенность и формальную (считая по времени) занятость. Большая часть этих людей ничего полезного не производит, по большому счёту их труд никому не нужен. Им с тем же практически успехом можно было бы выплачивать вместо зарплаты пособие по безработице. Просто в целях управления и контроля удобнее дать им некое занятие, имитационное подобие туда, приставить их к делу, хотя в большом числе случаев и надуманному и ненужному.
Сами эти люди вполне чувствуют имитационность своего занятия, не могут уважать и не уважают свой труд, который в собственном смысле и не является трудом. В то же время, заниматься производительным трудом они не хотят, потому что уже сформированы наличными обстоятельствами общественного бытия, в котором проще (да и престижнее) иметь относительно приличный заработок не производительным трудом, а крутежом в офисах.
Реальный источник существования всего этого не занятого в производственном труде молодого и находящегося в активном возрасте населения – крохи с нефтяного пирога, которые правящая олигархия даёт им ради обеспечения политической и социальной стабильности в стране, то есть стабильности своих сырьевых сверхприбылей. По существу своему значительная доля городского населения работоспособного возраста сформирована как иждивенцы (исторический аналог – населения римских городов эпохи поздней республики и империи).
На сегодня основную социальную базу КПРФ составляли и составляют бюджетники, занимающиеся общественно-полезным трудом – врачи, учителя, ИТРы (ещё советского типа), научные работники (точных и естественных наук, реже гуманитары). Доля этого социального слоя в обществе, конечно, не полностью совпадает, но существенно отражается на числе голосующих за Партию избирателей. Разумеется, этой социальной группой поддержка КПРФ не ограничивается, но именно она составляет как «ядерный электорат» КПРФ, так и основу социального состава самой Партии. Помимо неё Партия имеет своих стойких сторонников среди пенсионеров и среди студенческой молодёжи. За пределы этой социальной ниши КПРФ по большому счёту выйти на сегодня не может, потому, что обращается к сознанию трудового и только трудового населения. Это мы видим и в предложенном проекте новой редакции Программы: «В ряды рабочего класса все активнее будет вливаться значительная часть инженерно-технических и научных работников. В результате этих процессов складывается передовой отряд, ядро современного рабочего класса. В этом обновляемом содружестве людей труда коммунисты видят свою главную социальную базу».
Между тем, продолжающаяся деиндустриализация страны, как мы уже отмечали выше, привела к деклассированию широких народных масс как в плане объективного социального бытия, так и в плане отражающего его социального сознания. Эти широкие народные массы деморализованы правящей олигархией, вовлечены в процесс «проедания» сырьевых ресурсов, хотя и имеют лишь крохи с «нефтяного пирога». Но они зачастую предпочитают жизнь за счёт этой нефтяной «халявы» и сами не желают возвращения к общественно-полезному производительному труду. Наших призывов к самосознанию трудового народа они не просто не слышат, а воспринимают их в штыки, как декларацию угрозы привычному для них образу жизни.
А, поскольку по мере дальнейшего втягивания России в колею сырьевого придатка мирового рынка, деклассирование населения будет только нарастать, то, следовательно, наша нынешняя социальная база (трудящиеся) будет объективно сокращаться, а доля деклассированного, фактически нетрудового населения – расти. Если мы не научимся обращаться к деклассированным народным массам на понятном и адекватном их социальному сознанию языке – мы окажемся в исторической ловушке.
Подчеркнём, что речь не идёт, разумеется, о СМЕНЕ социальной базы. Речь идёт о ее РАСШИРЕНИИ. Необходимо привлечь деклассированные народные массы не в ущерб нашей нынешней социальной базе – остаткам сознательных трудящихся, которые должны оставаться ядром и авангардом социальной и национально-освободительной борьбы.
Каким же образом мы можем обратиться к деклассированным народным массам, утратившим классовое самосознание? Для ответа на этот вопрос, примем во внимание успех избирательного блока «Родина» на позапрошлых парламентских выборах 2003 года. Не имея ни раскрученного имени, ни партийной структуры в регионах, ни значительного административного ресурса, ни продуманной программы, ни единства рядов – короче говоря, не имея вообще практически ничего за плечами – блок «Родина» получил 9% голосов. За счёт чего? Только за счёт двух «волшебных» вопросов – природной ренты и иноэтнической миграции. Это сегодня те два вопроса, обращение к которым означает обращение к широким народным массам. Их необходимо не только отразить в нашей новой Программе, но и существенно выделить, сконцентрировать на них внимание.
7. Русский вопрос
Если вопрос природный ренты в предлагаемом проекте нашёл отражение, хотя на наш взгляд и совершенно недостаточное и не соответствующее его значению, то Русский вопрос оказался практически смазан и обойдён.
У нашей Партии есть серьёзные наработки по Русскому вопросу. Это, в первую очередь, документы X Съезда КПРФ: Резолюция Съезда «Коммунисты и русский вопрос», Политический отчёт ЦК «Мы выстояли. Впереди трудный марш!» и Постановление Съезда по этому отчёту. Кроме того – это материалы Всероссийской научно-практической конференции «Коммунисты и русский вопрос», проведённой 6 апреля 2006 года в Москве, исследования и публикации Центра исследований политической культуры России (ЦИПКР). Наконец, это целый ряд книг, статей, выступлений и интервью лидера КПРФ Г.А. Зюганова, в том числе его программная по своему характеру и значению статья «Русский социализм — ответ на русский вопрос».
Однако все эти материалы не нашли достойного отражения в предлагаемом проекте Программы. Создаётся впечатление, что теоретическое и идеологическое развитие Партии пытаются обратить вспять ко временам до X Съезда. Всё чаще стали раздаваться голоса лиц, вообще отрицающих значение и актуальность документов X Съезда, как якобы уже «ушедшего в историю», «закрытого» последующими XI и XII Съездами. Председатель ЦКРК В.С. Никитин справедливо отмечал ещё в феврале 2006 года в свой статье «Мы выстоим и победим (Об опасностях, грозящих КПРФ, и действиях по защите партии)» эту опасную тенденцию к замалчиванию, а потом и ползучему пересмотру итогов X Съезда:
«Важно отметить, что власть в своей идеологии постарается не допустить примирения русской исторической традиции с советской коммунистической традицией. По их мнению, это противоречит консерватизму, как стилю мышления. Поэтому поставлена задача – не допустить укрепления в глазах людей образа КПРФ, как защитницы Русской цивилизации, как организатора национально-освободительной борьбы. Принимаются меры, чтобы данная тема постепенно ушла из материалов съездов, пленумов, а затем и их Программы партии. Усиливается воздействие на носителей этих идей внутри КПРФ путем их дискредитации в глазах товарищей, или замалчивания их выступлений. <...> Партия власти расчищает для себя и своего консерватизма патриотическое поле. Она активно работает по всем этим направлениям в центре и на местах. <...> Уходить с патриотического поля нашей партии нельзя».
На X Съезде Партия (см. Резолюцию «Коммунисты и русский вопрос») совершенно чётко определила свои приоритеты и ясно назвала свою главную политическую задачу: «Главная задача нашей партии — спасение русского народа. А вместе с ним — спасение Государства Российского, всех народов, которые органично встроены в нашу великую государственность. Выполнение этого исторического долга — главный критерий реального, а не мнимого патриотизма. Этим мерилом мы будем определять истинность патриотических намерений тех или иных движений, того или иного лидера».
Кем и когда была пересмотрена ГЛАВНАЯ ЗАДАЧА нашей Партии? И как могло получиться, что в предлагаемом проекте Программы – то есть проекте главного документа Партии – не нашлось места для определения этой ГЛАВНОЙ задачи Партии?
Серьёзную критику вызывает и попытка изменения в новом проекте формулировки действующей Программы отношения Партии к Православию. В действующей Программе это отношение выражено словами «Являясь партией патриотизма, интернационализма и дружбы народов, КПРФ будет добиваться: <...> уважения к православию и другим традиционным религиям народов России». В предлагаемом проекте новой редакции отношение Партии к Православию предлагается существенно пересмотреть: «Являясь партией патриотизма, интернационализма и дружбы народов, КПРФ будет добиваться: <...> следовать принципу отделения церкви от государства и школы от церкви при уважении православия, других традиционных религий народов России».
Значение этой фразы чрезвычайно велико. По существу, делается попытка одной этой фразой перечеркнуть и аннулировать все усилия и всю работу Партии последних 16 лет по налаживанию дружественных и союзнических отношений с Русской Православной Церковью, по преодолению трагического конфликта, разорвавшего национальную духовную традицию.
В самом деле, сравним формулировку действующей Программы и предлагаемого проекта. В действующей Программе совершенно чётко определяется активная позиция Партии по отношению к Православию, выраженная словом «добиваться». То есть Партия не просто берёт на себя обязательства сама относиться к Православию с уважением, но и выступает в качестве активного защитника Православия и православных, обязуясь добиваться уважения к ним. От кого? В первую очередь, конечно, от власти. И это не было пустой декларацией. На протяжении многих лет именно КПРФ отстаивала права православных верующих и защищала их религиозные чувства. В первую очередь это касается крайне болезненного для многих верующих вопроса об электронной цифровой идентификации личности. КПРФ оказалась единственной парламентской партией, которая в лице своих депутатов последовательно и упорно сопротивлялась и сопротивляется электронной идентификации личности. В числе депутатов, наиболее активно проявивших свою позицию в этой борьбе, следует назвать заместителя Председателя ЦК КПРФ, академика РАСХН В.И. Кашина.
Другой пример того, как КПРФ исполняла эту заявленную в её действующей Программе позицию, – активное выступление в Думе депутата-коммуниста С.П. Обухова с протестом против уничтожения православных святынь в Краснодарском крае.
На Х Съезде Партия совершенно чётко определила «Противодействие всем попыткам духовной агрессии против русского народа, его национально-культурных традиций, насаждению тоталитарных сект, других религиозных суррогатов «нового мирового порядка», дискриминации православных на территории исторической России» одним из положений своей программы решения русского вопроса в современных исторических условиях (Резолюция «Коммунисты и русский вопрос»).
Совершенно чёткую позицию в отношении к Православию занимает лидер КПРФ Г.А. Зюганов. Приведём только несколько цитат из его работ, интервью и выступлений:
«Ну, например, сейчас впервые за последние три столетия мы имеем реальный шанс восстановить симфоническое единство наших духовных и государственных традиций. Теперь мы уже слишком хорошо знаем, сколь тяжким может быть иго бездуховной государственности, слишком хорошо чувствуем, какую страшную нравственную цену приходится платить за утерю идеалов, способных придать нашему соборному, национальному и общественному бытию священный, вечный и непреходящий смысл... <...> При сохранении нынешнего режима никакая симфония, конечно, невозможна. Но она станет вполне достижима, если ему на смену придет патриотическая, национально-ориентированная русская власть. А для этого необходим союз всех здоровых сил, в том числе наш союз с православно-патриотическим движением. Для современной России значимость такого союза определяется тем, что за последние годы Русская Православная Церковь вновь стала в нашем обществе одним из главных гарантов национального единства, общепризнанным защитником исконных народных святынь и тысячелетних традиций, хранителем и проповедником вечных ценностей православной духовности и христианского патриотизма. На протяжении долгих столетий православие являлось духовной опорой нашего национального, общественного и государственного бытия. Ему русский народ обязан многими своими замечательными душевными качествами: милосердием и мужеством, терпением и стойкостью, незлобием и любовью. Высокие религиозно-нравственные идеалы христианства, из поколения в поколение формировавшие и воодушевлявшие наше национальное самосознание, определили его соборный, державный характер. Сегодня такое облагораживающее влияние нам особенно необходимо» («Коммунист, везде и всегда защищай Русских, защищай Православных!» интервью Г.А. Зюганова газете «Русь Православная»).
«Идет беспримерное по своим масштабам наступление на русскую культуру, в том числе на такую архитипическую составляющую национального самосознания, как православие» (Г.А. Зюганов. Статья «О национальной гордости патриотов», а также книга «О русских и России»).
«Искажается и беспощадно переписывается вся наша история. Она представлена русофобами как история непрерывного тоталитаризма, насилия и рабства. Подлинный, питаемый народным чувством, патриотизм подменяется казенщиной и ряженым балаганом. Активнейше ведется борьба с православным духовным наследием. <...> близость основам православия и социализма у русских сохранилась в громадной степени. <...> Требуются наше содействие защите и возрождению исторической памяти, православной культуры, уважительное отношение к вере, святыням и обычаям народа. <...> Духовная мощь православной культуры - одна из составляющих Великой Победы 1945 года. Ставшая народной песня Александрова «Священная война» написана в традициях русской духовной музыки. В этих традициях написаны многие песни Великой Отечественной войны. <...> Мы, коммунисты считаем и настаиваем, что возрождение морали и культуры, возрождение нации немыслимо без опоры на традиционные ценности, на многовековые народные святыни. Немыслимо без обеспечения реальных экономических, социальных и политических прав и интересов русских и всех народов России. Мы предлагаем обществу следующую программу решения проблемы русской культуры и всего русского вопроса в современных условиях... 3. Адекватное присутствие русских в информационной и культурной сферах. Особенно в средствах массовой информации. Активное противодействие попыткам духовной агрессии против русского народа, его национально-культурных традиций. А также – насаждению тоталитарных сект, других псевдорелигиозных суррогатов «нового мирового порядка», стремящихся подменить собою традиционную православную веру на территории исторической России» (Г.А. Зюганов «О задачах Партии по защите Русской культуры как основы духовного единства многонациональной России». Доклад Председателя ЦК КПРФ Г.А.Зюганова на IХ Пленуме ЦК КПРФ).
«Разгул безнравственности, усиленная пропаганда насилия и разврата, осуществляемая либеральными СМИ, диктат Запада во главе с США, пробуждение огромного исламского мира, слабость российской государственности, расчленение русского народа, духовная агрессия инославия и одновременный рост религиозного фанатизма сектантов – все это свидетельствует об огромном конфликтном потенциале современного мира, об активизации темных сил мировой закулисы, готовящихся на волне разгорающейся смуты к решительной битве за мировое господство, описанной еще на заре христианской эры апостолом Иоанном Богословом в его знаменитом Апокалипсисе. Не зря уже в середине прошлого десятилетия наиболее дальновидные представители русского епископата заговорили о том, что под влиянием либерализма «из эпохи воинствующего атеизма мы буквально рухнули в эпоху религиозного варварства», отличительной чертой которой является разгул различного рода оккультных, мистически-сатанинских сект на фоне откровенной духовной агрессии инославных конфессий против Русской Православной Церкви. И действительно, либеральный «конец истории», провозглашенный знаменитым американским политологом Фрэнсисом Фукуямой после крушения СССР как результат «всемирной победы западных ценностей», в сознании православного христианина однозначно связан с окончательной нравственно-религиозной, духовной деградацией человечества, с пришествием антихриста и Страшным судом. В этих условиях особую важность приобретает единство всех патриотических сил России. Нам противостоит общий враг. Когда-то советская пресса именовала его «мировым империализмом». Сегодня мы можем уточнить это старое название. Агрессивный глобализм, спешно возводящий под знаменами «нового мирового порядка» либерально-апокалиптическое «царство зверя» – вот наш общий противник» («Святая Русь и кощеево царство» интервью Г.А. Зюганова газете «Русь Православная», 2003 г.)
«Не подлежит сомнению, что одолеть обрушившуюся на нашу страну беду мы сможем только всем миром, только объединив усилия всех здоровых общественных сил, всех ответственных политиков и рядовых россиян, болеющих душой за свое истерзанное Отечество. Но такое объединение немыслимо без активного участия верующих россиян, без веского, авторитетного слова Православной Церкви. В последнее время голос православной общественность, политически активное ядро которой более всего поддерживало и поддерживает коммунистов, Русской Православной Церкви и Компартии Российской Федерации, звучат, нередко сливаясь все громче» (Пасхальное обращение Г.А.Зюганова к православным россиянам).
Можно было бы привести десятки аналогичных примеров позиции Г.А. Зюганова и других лидеров Коммунистической Партии по отношению к Православию. Что же нам вместо этого предлагается авторами предложенного проекта новой редакции Программы? «Являясь партией патриотизма, интернационализма и дружбы народов, КПРФ будет добиваться: <...> следовать принципу отделения церкви от государства и школы от церкви при уважении православия, других традиционных религий народов России».
А ведь, «мы уже слишком хорошо знаем, сколь тяжким может быть иго бездуховной государственности, слишком хорошо чувствуем, какую страшную нравственную цену приходится платить за утерю идеалов, способных придать нашему соборному, национальному и общественному бытию священный, вечный и непреходящий смысл...»!
Оставим в стороне нелепость самой формулировки с точки зрения Русского языка «КПРФ будет добиваться: <...> следовать принципу отделения». Рассмотрим суть. Если в действующей Программе упор был сделан на защиту Православия («будет добиваться уважения»), то в предлагаемом проекте главный упор ПРЯМО ПРОТИВОПОЛОЖЕН «следовать принципу отделения церкви от государства и школы от церкви». При этом последующие слова «при уважении православия, других традиционных религий народов России» оказываются полностью обесценены и ни к чему не обязывают. Ведь «при уважении» – это уже не «добиваться уважения», это не позиция активной защиты, а только декларация собственного вежливого отношения.
В стране, в которой подавляющее большинство народа считает себя православными верующими, заявлять в Программе позицию «следования принципу отделения церкви от государства и школы от церкви» – это значит противопоставить себя народу, вернуться вновь к уже, казалось бы, раз и навсегда отвергнутому и осуждённому мракобесию воинствующего атеизма. Более того, такая декларация может расколоть саму Партию, ибо сегодня в рядах Партии значительную долю составляют воцерковлённые верующие, а ещё гораздо большую – просто люди, воспринимающие Православие как неотъемлемый базис своей национальной культуры и идентичности.
Мы помним, сколь велики были негативные последствия допущенной академиком Ж.И. Алфёровым политической ошибки – участия в подписании провокационного «письма 10 академиков». Тогда народно-патриотическая оппозиция оказалась фактически на грани раскола. Если на страницах «Советской России» дискуссия ещё удерживалась рамками редакционной политики газеты, то на открытых интернет-форумах дискуссия по этому вопросу очень быстро дошла до взаимного неприятия и озлобления сторон. Кто выиграл от этой провокации? Только правящий режим, заинтересованный во внутреннем раздрае в рядах народно-патриотических сил.
|
